XIV Міжнародна наукова інтернет-конференція ADVANCED TECHNOLOGIES OF SCIENCE AND EDUCATION

Русский English




Научные конференции Наукові конференції

Савонова А.И. ФИЛОСОФИЯ СВОБОДЫ И ФИЛОСОФИЯ СВОБОДЫ ВОЛИ В ПРЕДСТАВЛЕНИИ НИКОЛАЯ БЕРДЯЕВА И АРТУРА ШОПЕНГАУЭРА

Савонова Анна Ивановна

Славянский государственный педагогический университет

 

ФИЛОСОФИЯ СВОБОДЫ И ФИЛОСОФИЯ СВОБОДЫ ВОЛИ В ПРЕДСТАВЛЕНИИ НИКОЛАЯ БЕРДЯЕВА И АРТУРА ШОПЕНГАУЭРА

Русский философ Николай Бердяев неоднозначно относится к творчеству немецкого философа Артура Шопенгауэра. Философское творчество Николая Бердяева и немецкого философа связывает ряд близких по духу тематик, главными из которых остается вопрос соотношения свободы и бытия, свободы и свободы воли в контексте религии, культуры и творчества в жизни человека.

В своей книге «Самопознание» Бердяев отмечает, что «Из философов я рано читал и глубоко воспринял Шопенгауэра. В нем я нашел что-то соответствующие пессимистическому элементу моей природы. Шопенгауэр подтверждал мое глубокое убеждение, что мир явлений, окружающий меня эмпирический мир не есть мир подлинный и окончательный» [3, 88]. Таким образом, можно уже отметить две схожих линии в философии Бердяева с философией Шопенгауэра. Нельзя сказать, что русский мыслитель использовал философские идеи Шопенгауэра в дальнейшем, но то, что философия Шопенгауэра определила направление мысли Бердяева - несомненно. Во-первых, обоим философам свойствен пессимизм и эсхатологизм рассуждений, а во-вторых, и Шопенгауэр и Бердяев рассматривают окружающий мир не как истинное бытие, а как мир эманации, опустошение истинного мира ради мира эмпирического. Артур Шопенгауэр делит бытие на мир воли и мир представлений. Человек погряз в мире представлений. Это не настоящий мир, так как, все, что в нем существует, существует только в представление человека. Мир представлений похож на мираж оазиса в пустыне, он не может утолить жажду, а только сильнее ее проявляет. Но, мир представлений, это не совсем мираж ил человеческое воображение, которое свободно в своей трансцендентности. Мир представлений подчиняется определенным законам основания. Мир представлений не обманывает, не видоизменяется под что-то, так как и есть это самое «что-то». «Весь мир объектов есть и остается представлением, и именно поэтому он вполне и во веки веков обусловлен субъектом, т. е. имеет трансцендентальную идеальность» [4, 106]. Человек живет в мире представлений, возникших из целого ряда представлений разных субъектов, а потому он замкнут в цепь страданий. Согласно, Шопенгауэру, человек несвободен, он зависит от своих желаний. Человек страдает, потому что желает, но желания его зачастую не могут реализоваться в полной мере в мире представлений. Люди заняты реализацией своих желаний, но чем больше человек реализует желаний, тем больше возрастает число новых желаний, на реализацию которых человек вынужден затрачивать еще больше сил. Нереализованные желания заставляют человека страдать еще больше, ведь условия для их реализации увеличиваются. Но, даже, реализация всех желаний, не помогает человеку избавится от страданий, ибо теперь он начинает страдать от скуки. Единственный способ разорвать круг страданий - это погасить в себе все желания. Именно к этому и стремится буддизм.

Николай Бердяев также считает, что человек живет в ненастоящем бытие, которое зачастую складывается из представлений человека о мире. Но, человек пребывает в таком мире не из-за слепой случайности, а в силу своей свободы. А, значит, и освободиться из «падшего» мира он может согласно своей свободе. Шопенгауэр отрицает наличие свободы в человеческих поступках, но, при этом не снимает с человека ответственности за все действия. Пессимизм Шопенгауэра заключается в том, что человек несвободен. Пессимизм Бердяева заключается в том, что человек злоупотребляет своей свободой. Согласно Шопенгауэру человек не может изменить то, что было создано до него, а может только следовать по тому пути, который для него определили. Николай Бердяев считает, что человеку подвластно многое, ибо он божественен. Человек может изменить мир, наполнить его добром, но, человек снова может все разрушить. Эсхатология Бердяева нескончаема.

Другая часть мира в философии Шопенгауэра - мир как воля весьма онтологична. Воля составляет потустороннее бытие жизни. Бытие воли Шопенгауэра, как и космическая свобода Бердяева безвременна, безпространственна и беспричинна. Воля абсолютна и безвекторна, в ней содержится все и ничего, а потому она направлена на саму себя. Воля не имеет объекта и причины действия на объект, в ней есть нереализованной желание объекта которое воля направляет на себя. Бытие приобретало объективность и в этой части объективированного мира стал жить человек. Шопенгауэр в отличие от Бердяева считал, что человек не по своему желанию появился в мире объектов, а возник из слепого желания воли. Человек заточен в мир как в тюрьму и не только сам стал объектом для воли, но и сделал себя объектом своих страстей. Вся современная философия прогресса и рационализма оказалась всего лишь представлением человека о лучшем и ничем более. Человеку приятно сознавать, что даже в самом худшем из миров кому-то когда-то было хуже, чем ему сейчас. Представление о прогрессе возникает лишь из желания человека верить в то, что ему повезло больше, он живет в XIX веке, веке техники, а не в период темного Средневековья или в первобытные времена. Николая Александрович правильно определил, что «философия духа стала философией объективного бытия. Рациональное понятие бытия продолжало господствовать. В известном смысле Шопенгауэр, несмотря на крайнюю противоречивость своей философии, стоял на более правильном пути. Нужно признать основным, что экзистенциальное понимание бытия не совпадает с пониманием объективно-натуралистическим, но ему противоположно» [1, 231]. Парадоксальность человеческого представления о жизни заключается в том, что любой современник Шопенгауэра верит, что история движется по восходящей линии, т.е. прогрессирует. Но при этом люди верят и в скорый конец света, в совсем противоположное развитие истории, которое было тщательно разработано Августином Аврелием в труде «О граде Божием». Таким образом, прогресс и регресс линейного времени накладываются один на другой. Шопенгауэр, Бердяев и ряд других философов-мистиков и философов-экзистенциалистов замыкают историю в круг. Просто размеры круга у каждого разные. Если у Шопенгауэра цикличность истории охватывает практически только мир видимый, посюсторонний, то в философии Бердяева цикличность приобретает огромные размеры, достигающие космический мир свободы субъективного духа. У Шопенгауэра цикличность распространяется только на объективированный мир, то, в философии  Н.Бердяева цикличность распространяется на субъективного духа, который исходя из свободы своей попадает в плен объективности и временности жизни, но, потом путем осознания своей несвободы, через Божественный Логос вновь возвращается в пределы вечности, из которых произошел. «Свобода хочет бесконечной свободы, творческого полета в бесконечность, но она же может захотеть и рабства, что мы и видим в истории человеческих обществ» [2, 494].       

Литература:

•1.     Бердяев Н.А. Дух и реальность. - М.: АСТ, Харьков: Фолио, 2006. - 679 с.

•2.     Бердяев Н.А. Дух и реальность / Опыт эсхатологической метафизики. - М.: АСТ, Харьков: Фолио, 2006. - 679 с.

•3.     Бердяев Н.А. Самопознание. - М: Книга, 1991. - 446 с.

•4.     Шопенгауэр А. Мир как воля и представление: Пер. с нем. - Мн.: ООО "Попурри", 1998. - 688 с.


Залиште коментар!

Дозволено використання тегів:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <code> <em> <i> <strike> <strong>